Sidebar

Кто-нибудь скажет, что периоды вырождения не раз бывали у различных народов и различных цивилизаций. Да! Нравственное падение бывало и раньше, правда, такого падения, как сейчас, не было за всю историю человечества. О деградации прошлого говорить трудно, т. к. часто место реальных фактов занимают домыслы. Например, говорят, такой-то композитор был гомосексуалистом. Проверить этого нельзя, сам он об этом не говорил, документов, подтверждающих домыслы, нет. Таким образом, можно обвинить кого угодно в чем угодно.

Например, врач Д. Хайден в своей книге «Pox: genius, madness and the mysteries of syphilis» рассказывает о том, как сифилис способствовал проявлению либо искажению талантов великих людей. По ее мнению, сифилисом страдал немецкий философ Ницше. Хайден даже знает подробности: узнал о своем заражении Ницше в 23 года, заразился, еще находясь в утробе матери. Но «нацисты, пожелавшие взять на вооружение ницшеанскую философию сверхчеловека, предприняли необходимые меры, чтобы упоминание о сифилисе исчезло из истории болезни философа»[1], т. е. документов, подтверждающих заболевание философа, нет. Каким образом Хайден узнала о заболевании философа, непонятно, раз документов нет, видимо, у нее есть машина времени. Подобным образом Ницше можно обвинить в чем угодно, в том, что он не только болел сифилисом, но и был гомосексуалистом, педофилом, садомазохистом и т.п. Просто нацисты уничтожили все документы. А если серьезно, то здравомыслящему человеку не стоит даже обращать внимание на произведения людей, пытающихся заработать не продаже эпатажных вымыслов.

Надо также учитывать, что народы, у которых встречались элементы духовного разложения, например древние греки или римляне, жили в далекое и во многом дикое время, и сами только-только вышли из варварского состояния. Если младенец ходит в туалет в штаны — это нормально, но если он будет продолжать это делать, когда вырастет, то это болезнь. Поэтому то, что было простительно им, непростительно народам, которые любят себя называть цивилизованными.

В марте 2002 года в Санкт-Петербурге открылась выставка авангардных ювелирных украшений. Естественно, все они сделаны на примитивно-дефективном уровне — например, кольцо, которое можно носить на плече. В телесюжете, посвященном этой выставке, говорилось, что эти работы очень напоминают изделия людей бронзового века. Значит, авангардные украшения есть продолжение традиции, а не деградация. Нашли на кого равняться! Можно предложить создателям таких украшений и выставок, раз они в своей жизни равняются на столь отдаленное прошлое, переселиться жить в пещеры.

Не стоит идеализировать древний мир, в Древнем Риме наслаждались гладиаторскими боями[2], в Древней Греции было развито мужеложство. Но надо помнить, что у всех подобных цивилизаций есть общее — они погибли. Неважно, что, у кого и когда было, — важно, что такого нравственного разложения не было у нас, и мы не желаем повторять судьбу ни Древней Греции, ни Древнего Рима.

Что касается европейской, русской цивилизации, то стоит признать, что раньше тоже не все было безупречно. Например, существовала проституция, хотя не в таком объеме, как сейчас. Да и вообще сегодня обыкновенная женщина одевается так, как еще в прошлом веке не позволила бы себе самая опустившаяся проститутка. Безнравственность всегда была исключением, и самое главное — она всегда осуждалась. Сегодня осуждают лишь по инерции. Постепенно меняются ценности общества, и это самое страшное. Вот как описывает прошлое и настоящее гедонизма Э. Фромм:

«Хорошо известно, что в истории человечества богатые следовали в своей жизни принципам радикального гедонизма. Обладатели неограниченных средств — аристократы Древнего Рима, крупных итальянских городов эпохи Возрождения, а также Англии и Франции XVIII и XIX веков — пытались найти смысл жизни в безграничном наслаждении. Но хотя максимальное наслаждение в смысле радикального гедонизма и было целью жизни определенных групп людей в определенное время, оно никогда — за единственным до XVII века исключением — не выдвигалось в качестве теории благоденствия никем из великих Учителей жизни в Древнем Китае, Индии, на Ближнем Востоке и в Европе»[3].

Падение нравов — норма сегодняшнего дня: например, во многих странах Европы официально разрешена проституция, легализованы наркотики и деятельность гомосексуалистов. Quae fuerant vitia, mores sunt — «Что было пороками, то теперь нравы»: в этой латинской пословице слышится голос умирающей, некогда великой древнеримской цивилизации, и эта пословица очень точно характеризует сегодняшнее положение в нравственной сфере.


[1] А. Рохас Как сифилис изменил историю Человечества. // El Mundo, Испания. 04.06.2003, ИноСМИ.Ru.

[2] Исследование австрийских антропологов-криминалистов под руководством доктора Фабиана Канца и профессора Карла Гроссшмидта позволило выявить то, что несколько расходится с прежними представлениями о жизни гладиаторов: за ними тщательно ухаживали, лечили и берегли, не скупясь на лекарства и средства по укреплению здоровья. Таким образом было опровергнуто предубеждение о том, что гладиаторы были никому не нужным пушечным мясом (Развенчан миф о том, что гладиаторы были пушечным мясом // Московский Комсомолец. 09.11.2007).

[3] Фромм Э. Иметь или быть? Киев, 1998. С. 193.

Похожие статьи:


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 18 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the sunset of mankind

sunset mankind pdf

Похожая статья

Эгоизм господствующего класса

Эгоизм играет важную роль в деградации общества. Речь идет прежде всего об эгоизме господствующего класса. П. Дж. Бьюкенен обращает внимание на то, что

«западные элиты невосприимчивы к факту грядущей гибели их цивилизации. Элиты словно не интересуют ни депопуляция, ни отказ от национальной государственности, ни нарастающая иммиграция из стран третьего мира»[1].

Элита капиталистического общества думает только о себе, эгоизм — это основа ее поведения, и ее мало интересует то, что не касается ее лично. Нормально общество или нет — какая разница! Обращаясь к теме эгоизма современной элиты, Э. Фромм констатирует:

«Трудно поверить, что не предпринимается никаких серьезных усилий, чтобы избежать того, что так похоже на окончательный приговор судьбы. В то время как в личной жизни только сумасшедший может оставаться пассивным перед лицом опасности, угрожающей всему его существованию. Те, кто облечен государственной властью, не предпринимают практически ничего, чтобы предотвратить эту опасность… Эгоизм, порождаемый системой, заставляет ее лидеров ставить личный успех выше общественного долга. Никого больше не шокирует то, что ведущие политические деятели и представители деловых кругов принимают решения, которые служат их личной выгоде, но вредны и опасны для общества. В самом деле, если эгоизм — одна из основ бытующей в современном обществе морали, то почему они должны вести себя иначе?[2]»

На порочность эгоизма, отстраненность господствующего класса обращают внимание и отечественные мыслители:

«Капитализм — идеология отстраненного наблюдения. Чиновники просто соблюдают закон, ничего более. Есть “свободный рынок”, там и крутитесь как хотите. Капитал определяет статус и способность выжить в джунглях бизнеса: совесть перестеёт иметь значение, на ее замену приходит девиз “разбогатей или умри”.

При капитализме разрешено веё, что не запрещено. Отсюда общества педерастов и феминисток, требующих больше прав, разного рода сексуальные извращения, культ потребления… Тусоваться и обжираться стаду интереснее, чем учиться; такой стиль поведения выгоден производителям, потому они продолжают его стимулировать. Граждане вымирают? Ну и ладно, есть иммигранты, которые согласны работать за меньшую плату. Для государства больше нет народа, о котором оно якобы обязано заботиться, — есть только расходный материал»[3].

Представители элиты живут в недоступных жилищах, их дети учатся в закрытых частных школах, они отдыхают на элитных курортах, не предназначенных для простых смертных. А нам рассказывают сказки о закрытых и открытых обществах (в западной социологии принято деление на открытые и закрытые общества. Открытые — это, естественно, страны Запада, закрытые — все остальные).

В этом плане показателен пример из нашей с вами истории. Когда у нас было закрытое общество, тоталитаризм и громадные привилегии партаппарата, к Дому Советов (Дом Правительсва) мог свободно подойти любой, вокруг не было даже забора, а на стоянке стояли одни «Волги». Когда же настало время «открытости», демократии и борцов с привилегиями, Дом Советов обнесли оградой, выставили несколько постов охраны, половину деревьев срубили, а на оставшиеся повесили камеры слежения. А на стоянке теперь, естественно, сплошь иномарки. Вот такое открытое общество.

И еще об открытости. В советском обществе, такого понятия как «фейсконтроль» не существовало. В случаи жалобы, формулировка «я его не пустил, потому что, он мне не понравилось его лицо» или «он слишком просто одет», могла бы в лучшем случаи кончиться плохо для охранника, в худшем для директора заведения. Но так было в закрытом обществе.

А когда общество стало открытым, большую часть людей, приходящих в известные клубы отдохнуть, не пускают только потому, что они не нравятся фейсконтрольщикам. Фейсконтрольщики – это такая новая специальность, возникающая в открытом обществе.

Критерий  фейсконтроля прост мужчина должен выглядеть платежеспособно, а женщины так, чтобы платежеспособные мужчины оставались довольны и чаще посещали клуб.

Открытое общество неограниченных возможностей – это общество, в котором даже вход в клуб строго ограничен.


[1] Бьюкенен П. Дж. Смерть Запада. М., 2004. С. 23.

[2] Фромм Э. Иметь или быть? Киев, 1998. С. 199–200.

[3] Социализм. Журнал  «Самиздат»,  http://zhurnal.lib.ru/editors/v/void/socialism.shtml.

sunset mankind