Sidebar

Не отрицая кризисных явлений, некоторые пытаются спрятаться за формулировкой «извечный конфликт поколений». Родители всегда не понимают детей. Так было всегда.

Когда мы сталкиваемся с данным типом аргументаций, мы, как правило, имеем дело с целенаправленной дезинформацией. Автору этой книги не было и 30, когда он ее написал. Но дело, конечно, не в этом.

История — это арена умерших цивилизаций. Могли бы мы сказать, что древнеримские моралисты говорили о падении нравов, а, тем не менее, Древний Рим существует? Нет. А значит, мы не можем утверждать, что критики были тогда не правы.

Классическим примером конфликта поколений является конфликт отцов и детей, описанный в русской литературе XIX века. И опять же, можем ли мы сказать, что критиковали зря? Все устаканилось? Нет. Все кончилось митингами, расстрелами рабочих, восстаниями на броненосцах, революцией одной, второй, третьей…

Вообще, попытка перевести обсуждение деградации в плоскость конфликта поколений есть попытка сознательного увода дискуссии в сторону от проблемы. Необязательно старшее поколение всегда право или неправо, необязательно молодое всегда поколение во всех случаях право или неправо, необходимо разобраться в сути кризиса, а не пытаться свести все к возрастному конфликту.

Если мы имеем факт, и он реальный, какая разница, кто о нем говорит, молодой или старый. Факты — вещь упрямая.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 9 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the sunset of mankind

sunset mankind pdf

Похожая статья

От традиционного общества к капиталистическому

Цивилизация — это стадия развития общества,

на которой ничего нельзя сделать без финансирования.

Неизвестный автор

Общество, существовавшее до прихода капитализма, называют по-разному: феодальное, традиционное — но не в названии дело. Докапиталистическое общество жило по закону, описанному в стихотворении А. С. Пушкина «Золото и булат»:

«Все мое», — сказало злато;

«Все мое», — сказал булат.

«Все куплю», — сказало злато;

«Все возьму», — сказал булат.

Это коротенькое стихотворение очень точно передает настроения, царившие в обществе до XIX века. Мужество, «булат» определяли развитие человечества. Экономика не имела решающего значения в жизни страны. Те, кто занимался ростовщичеством, торговлей и другим бизнесом, как бы они ни были богаты, не пользовались уважением и почетом. Бизнес был делом презренным, уделом незнатных людей, занятием, недостойным благородного человека.

«…на протяжении столетий коммерческая деятельность как таковая не пользовалась уважением. Хотя организации, требующие управления (прежде всего коммерческие), возникли очень давно, предпринимательская деятельность рассматривалась как унизительное занятие. Например, Аристотель считал куплю-продажу “противоестественным деланием денег”. А. Смит также довольно презрительно высказывался о “деловых” людях: “Это тип людей… которые заинтересованы в том, чтобы обманывать и даже угнетать народ”. Известна и негативная характеристика, данная Наполеоном англичанам как “нации лавочников”. Негативное отношение к коммерческой деятельности как к недостойному занятию не только имеет очень давние исторические корни, но оказалось и очень стойким, дойдя до нашего времени»[1].

В латыни слово «продавец» произошло от слова «жулик»; Меркурий, бог – покровитель торговли, считался также богом лукавства, «в Греции, и в Риме промышленность и торговля были презираемыми занятиями»[2]. Такое же отношение к «бизнесменам» бытовало и в Европе.

«Деятельность на поприще бизнеса, вообще говоря, считалась занятием низших классов — даже если речь шла о тех, кому удавалось пробиться к вершине успеха в рамках ремесленных гильдий, — и не давала возможности вырваться из своего сословия»[3].

Конечно, богатство всегда сопутствовало власти, но именно власть была определяющей силой, а богатство — лишь спутником. Булат мог «взять» все.


[1]Карпов. А. В. Психология менеджмента. М., 2005. С. 15.

[2] Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. М., 1996. С. 292.

[3] Шумпетер. Й Капитализм, социализм и демократия. М., 1995. С. 175.

sunset mankind