Sidebar

Существует мнение, согласно которому политическая власть сегодня находится в подчинении власти экономической — не президенты управляют миллионерами, а миллионеры президентами. Президенты и депутаты не управляют государством, а только узаконивают решения, которые принимают люди, обладающие действительным экономическим влиянием. Каждой страной Запада руководит определенное число семейств, 200–500  в зависимости от страны, значимость которых определяется величиной их состояния. Например, считается, что США руководит примерно 500 семей, а Францией — около 200. Причем это не голословные утверждения. Приводятся фамилия, размер состояния, подконтрольные СМИ, суммы пожертвования в избирательные фонды партий и президентов.

«Президенты являются марионетками в чужих руках. Решения принимают не Ельцин, Клинтон или Ширак — у них нет больше власти. Реально экономической властью на этой планете владеют те, кто, благодаря коммуникационной сети цифровой технологии, контролирует и изменяет всю экономику так, как им удобно»[1].

Верно ли приведенное выше мнение? В обществе, где все покупается и продается, наибольшей властью обладают те, у кого больше денег. Аналогично тому, как в аукционе побеждает тот, у кого много денег, а не тот, у кого нет гроша за душой. Это настолько очевидно, что не требует особых доказательств.

Политическая власть зависит от экономической, т. к. основа механизма властной селекции западных стран — выборы, а выборы — это деньги, и деньги немалые. Деньги приходится брать у бизнеса. Бизнес ничего просто так не дает и требует возврата. В конечном счете, все это приводит к аффилированным структурам, откатам, воровству и коррупции. Выборы — это бизнес-проект.

Россия — мировой лидер по чис­лу богачей в органах центральной власти, утверждает американс­кий журнал Forbes…Эксперты отмечают, что соедине­ние бизнеса и власти – общемировая тенденция…В настоящее время политкампании требуют колоссальных средств. В конгрессе США также на­блюдается сращивание власти и биз­неса. Крупный бизнес идет во власть продвигать интересы своего бизнеса…финансовые возможности становятся цензом для попадания в парламент[2].

Бизнесменов мало волнуют судьба страны, нравственность и другие отвлеченные темы — значительно больше их интересует прибыль, иначе предприниматель разорился бы, проиграл в конкурентной борьбе тому, для кого деньги — прежде всего. Поэтому тот, кто получает средства для выборов, после прихода во власть должен их отработать. Если все называть своими именами, то можно сказать: любой избранный политик — заложник бизнес-структур. Таким образом, выборы есть основа процесса, который можно назвать «продажность политика».

На Западе часто проходят судебные процессы над крупными политиками. Их обвиняют то в коррупции, то в изнасиловании, то в связях с мафией. Многие ошибочно считают, что такие скандалы — показатель демократии и равенства всех перед законом. Это не так.

То, что на Западе политики находятся под неусыпным оком средств массовой информации, а любая провинность раздувается до скандала, свидетельствует не о степени развития демократии, а о том, что политическая власть — власть бутафорская.

В современном политическом жаргоне даже появилось понятие «мягкая власть» или «мягкая сила» (soft power). Это понятие изобрел Джозеф С. Най в конце 1980-х, и оно вошло в лексикон не только политиков, политологов и аналитиков, но и в лексикон современных образованных людей по всему миру.

Одной из методик реализации принципа мягкой власти являются судебные преследования представителей политической элиты. Все так называемые преследования — показные, опереточные, а потушенный скандал является поводком, на котором держат, например, президента. Если что, скандал можно вновь раздуть. Вообще запачканный президент — очень удобная конструкция, им легко манипулировать. На всех последних президентов США — Рейгана, Буша, Клинтона — заводятся уголовные дела. Естественно, никого не сажают в тюрьму, да и не в этом цель, цель — «мягкая власть».


[1] Череш Р. Ответ Джо Соросу или изучение мудрости. СПб., 2000. С. 464–465.

[2] Денежные избранники. Российский парламент – самый богатый. Котов А. // РБК daily. №59(375). 03.04.08.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 37 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the sunset of mankind

sunset mankind pdf

Похожая статья

Эффективность коммунистического партийного сита

Таким образом, в СССР партийный принцип отбора не только не оправдал себя, но и полностью подтвердил свою эффективность. Политократия работала по «введенным» в нее параметрам, и не ее вина, что параметры были ошибочны. Если мы поворачиваем руль направо и автомобиль, повернув направо, попадает в яму, мы не виним автомобиль. Не говорим, что автомобиль виноват в повороте направо. Куда мы повернули руль, туда он и повернул. Мы заложили в политократию определенные параметры и получили результат, полностью соответствующий этим параметрам.

Коммунисты включали в партию миллионы и получили партию равнодушных, о развале которой никто особенно не сожалел, — ведь если бы 20 миллионов вышли на улицу после запрета КПСС, эта сила сломила бы все преграды.

Коммунисты установили принцип «Или партийность, или крест на карьере» — и получили в своих рядах карьеристов, которые в одночасье предали партию, побросали партбилеты и побежали в бизнес.

Коммунисты были выразителями самого социально пассивного, к тому же уменьшающегося класса, и в результате остались в меньшинстве.

Коммунистическая партия обслуживала извращенные идеи, в результате в партии оказались лицемеры, которые делали вид, что принимают эти идеи.

Коммунисты не смогли вплести свои постулаты в канву национальной идеи, и нация от них отвернулась.

Коммунисты жили прошлым и остались в прошлом.

Таким образом, не политократия проиграла, — проиграла идея, которую она обслуживала. Каков был замысел, таков и результат, ничего удивительного нет. Значит, надо просто заставить партийное сито служить верным идеалам.

sunset mankind