Sidebar

Казалось бы, рост производительности труда, изобретение всевозможных усовершенствований должны были освободить нас от работы, но этого не произошло, произошло обратное — люди стали чувствовать острую нехватку времени. Работа стала поглощать все свободное время.

«Мы добились развития техники, но мы не освободили себе время. У нас есть компьютеры, факсы, сотовые телефоны, электронная почта, автоматы, экспресс-почта, автострады, реактивные самолеты, микроволновые печи, еда быстрого приготовления, фотографии, которые делаются за один час, цифровые видеокамеры, замороженные вафли, быстрое это и быстрое то. Но у нас меньше свободного времени, чем было тридцать лет назад»[1].

Сложился дьявольски порочный круг: люди целый день работают, у них нет свободного времени, и, несмотря на это, они себя чувствуют нищими людьми. Они еще больше работают, чтобы освободится от этого чувства, что в принципе в условиях постоянной рекламы новых потребностей просто невозможно. Это приводит к стрессу, нервным болезням, развалу семей.

Подавляющее большинство людей, чтобы заработать деньги, много и интенсивно работают: так, с 1973 по 1985 год продолжительность рабочей недели среднего американца выросла с 40,6 до 48,8 часов, т. е. это 6 дней в неделю более чем по 8 часов. По оценке специалистов США, большинство американцев хронически недосыпают, страдают от нервных стрессов[2].

Деньги часто не освобождают человека, а, наоборот, закабаляют его. Парадоксально, но наличие денег часто соседствует с чувством нищеты. Психология нищего человека, обладающего деньгами, великолепно описана А. С. Пушкиным в «Скупом рыцаре». Нищета — это не наличие или отсутствие денег, сами по себе деньги — лишь красивые обертки. Сущность нищеты заключается в зависимости от копейки, в постоянной гонке за копейкой, в боязни лишиться копейки, в боязни, что с потерей копейки будут потеряны свобода, счастье, здоровье и т. д. Современный человек все время чувствует нехватку денег. Возраст деторождения неуклонно растет, дети все чаще заводятся лишь после 30, до 30 нет времени и денег. Люди забыли великую и старую как мир истину: «Деньги — хорошие слуги, но плохие хозяева»[3].

Раньше производство материальных благ удовлетворяло человеческие нужды — теперь оно стало самоцелью. Все чаще люди живут, чтобы потреблять, а не потребляют, чтобы жить. Основатель и президент такой авторитетной на Западе организации, как «Римский клуб», А. Печчеи заявляет, что следовало бы устроить человеческую революцию и изменить качества человека, с целью приспособления его к новому обществу и быстрым темпам развития. Не цивилизацию предлагается приспособить к нуждам человека, а наоборот. Так кто же хозяин нашей планеты — люди или вещи? Разве человек должен быть придатком товара? Почему мы должны подстраиваться под экономику, а не экономика под нас?

«Экономическая система исчерпала себя. Её развитие ведёт к истощению планеты и гибели человечества. Единственный выход, с точки зрения материалистической элиты, сокращение потребления и… потребителей. Автор «Доклада Лугано» Сьюзан Джордж утверждает то же самое: «Единственное, что мешает успешному функционированию нынешней экономической системы, — это люди». Единственный способ гарантировать хороший достаток наибольшему количеству населения в рамках капитализма — уменьшить население. Другой альтернативы нет. В противном случае нас ждёт социальный хаос на фоне экологической катастрофы»[4]

* * *

Хотя материализация жизни общества уже сама по себе подразумевает примитивизацию, все же примитивизация — самостоятельный процесс, который имеет собственное содержание и протекает по собственным законам, а материализация — не единственная его причина.


[1] Джон де Граф и др. Потреблятство: болезнь, угрожающая миру. М., 2003. С. 77.

[2] Экономическое и социальное развитие современного общества // Под ред. Боголюбова Л. Н. М., 1993. С. 51.

[3] Ф. Бэкон.

[4] Проект Россия  М., 2009.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 95 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the sunset of mankind

sunset mankind pdf

Похожая статья

Семейные ценности

Сейчас мы не будем говорить о брачном контракте, который становится неотъемлемой частью западной семьи, а остановимся на том, что сегодня даже детей на Западе стремятся сделать прибыльным товаром. В борьбе со снижением рождаемости в США возникла новая концепция, которая гласит: чтобы повысить рождаемость, нужно принять закон, в соответствии с которым родители получают обязательный и высокий процент с доходов взрослых детей. В этом случае рождение ребенка будет материально очень выгодно. Другими естественными методами остановить вымирание больного общества уже невозможно. Воистину «между материализмом и семейными ценностями существуют напряженные отношения»[1].

Существует и другая методика преодоления вырождения. Прочность семьи хотят поддержать иначе, а именно — повысить плату за ту работу, которую выполняет женщина в семье, например плату за пользование прачечной. В этом случае женитьба будет выгодна, рентабельность предприятия под названием «семья» резко повысится, ведь

«что, в самом деле, такое семья, если не предприятие, организованное по законам контракта, в котором каждая из сторон скрупулезно подсчитывает соотношение издержек и отдачи?»[2].

И такие концепции выдвигают не заштатные, никому не известные журналисты из провинциальных газет, а интеллектуальная элита западного общества, включая лауреата Нобелевской премии Г. Беккера. А почему бы и супружеские обязанности не выполнять за деньги? Готовить, убирать, забивать гвоздь… все за деньги, ведь семья – предприятие?»


[1] Т. Хаггард.

[2] Lthage H. Demain le capitalisme. ?, 1978. P. 346.

sunset mankind