Sidebar

Отказ от капитализма не означает революцию, множество жертв, горя и страданий. Процессы национализации и приватизации идут постоянно в различных капиталистических странах безо всяких гражданских войн. Есть масса апробированных механизмов осуществления как приватизации, так и национализации.

Главной целью декапитализация является не отъем средств у одной группы и передача ее другой, не диктатура одной части общества над другой. Декапитализация — в интересах всего общества и всех его членов, ведь мпэнизация, как любая болезнь, поражает всех и не делает различия между бедным и богатым, между начальником и подчиненным. Если мпэнизация и дальше будет прогрессировать, то от этого, в конечном счете, не выиграет никто. Все мы, люди, проиграем.

Поэтому никто не призывает на баррикады, эта книга — призыв к осознанию опасности, нависшей над человечеством, осознанию и совместному действию всех слоев общества.

Очень часто приходится слышать, что наше общество устало от экспериментов. Заявляющие подобное не понимают, о чем они говорят, ведь это равносильно утверждению, что наше общество устало от жизни. Пока человек живет, все, что он делает, есть эксперимент. Если бы существовала машина времени, и мы могли вернуться в прошлое, а наша жизнь была повторением пройденного, то наша жизнь не была бы экспериментом. Пока человек живет, не зная будущего, вся его жизнь — эксперимент.

Человек возвысился над животными, стал царем природы, потому что именно человек способен на эксперимент. Животные осуществляют свою жизнедеятельность в соответствии с заданной программой — инстинктом. Человек всегда мог адекватно перестраивать свою деятельность, ориентируясь на вызовы времени. Животные не способны существенным образом изменять среду обитания. Если среда изменяется, то они лишь приспосабливаются под нее, а если приспособиться не могут, то вымирают. Последнее происходит гораздо чаще. Менее одного процента биологических видов, когда-либо созданных природой, к которым относится и человек, живут поныне. Остальные не смогли ответить на вызов эпохи и поэтому вымерли. Очень не хочется повторять их судьбу.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 44 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the sunset of mankind

sunset mankind pdf

Похожая статья

Как марксизм погубил социализм

Как соотносятся коммунистическая и социалистическая теории? Социализм и коммунизм —  разные учения, и во многом прямо противоположные друг другу. Неслучайно первых социалистов коммунисты снисходительно называли «утописты», т. е. мечтатели, прожектеры. Вообще это довольно странно — называть своих предшественников утопистами. Ведь либералы не называют предтечей либеральной концепции утопистами. На самом деле такое отношение легко объяснимо. Социалисты никогда не были ни утопистами, ни предшественниками Маркса с его учением.

В советской справочной литературе не очень любили упоминать, откуда появился термин «социализм». Может, его придумали Маркс с Энгельсом? Отнюдь. В начале 30-х гг. XIX века в научный оборот термин «социализм» ввел французский мыслитель Пьер Леру. У Леру весьма подходящее социальное происхождение (он был типографским рабочим), но очень неподходящие убеждения (он был одним из основателей христианского социализма).

Леру изобрел термин «социализм», а кто изобрел и расширил социалистическую доктрину? Первым создателем социалистической доктрины является Платон, создателем так называемого утопического социализма принято считать Томаса Мора, важнейшей вехой в развитии социалистического учения стал французский социализм, самой видной фигурой которого являлся Сен-Симон.

Что объединяет учение всех этих мыслителей? Во-первых, отрицание частной собственности[1], во-вторых, признание важнейшей роли государства в новом обществе, в-третьих, одно из основных преимуществ социализма заключается в его морально-нравственной высоте.

Леру считал, что социалистический идеал в своем фундаменте имеет христианские догматы. И это действительно так: Иисус призывал к отказу от частной собственности, равенству, высоте духа, выступал против накопительства, вещизма и богатых. А потом оформился догмат — любая власть от Бога, т. е. все компоненты социалистической доктрины очень явственно проступают именно в христианском учении.

Томас Мор канонизирован католической церковью. Будучи католиком и, соответственно, сторонником верховной власти папы, Мор отказался дать присягу королю как «верховному главе» английской церкви, после чего был казнен. В 1886 году он был причислен католической церковью к лику блаженных, в 1935 году канонизирован.

Сен-Симон разрабатывал идею нового христианства, которая призвана была дополнить материальные стимулы «промышленной системы» моральными требованиями новой религии с ее лозунгом «все люди — братья». Впоследствии сен-симонизм был преобразован в религиозную доктрину.

Поэтому для Маркса Леру, Платон, Мор, Сен-Симон были утописты, очень уж их взгляды не укладывались в прокрустово ложе марксизма, во-первых, в их учениях государство не отмирало, а, напротив, имело решающее значение в новом обществе, во-вторых, духовные аспекты играли если уж не основную, то никак не меньшую роль, чем материальные.

Социализм как многовековая мечта о справедливом обществе, лишенном эксплуатации, бесправия, насилия и духовных пороков, был обречен на победу. Исходя из революционной целесообразности, Маркс записал социалистов в предшественники коммунистов, но в очень обрезанном варианте. Платон в предшественники не попал, о Леру старались не вспоминать, Мора и Сен-Симона записали в утописты.

Таким образом, социализм и коммунизм как учения со всеми своими достоинствами и недостатками во многом являются разными идеологическими направлениями. В конечном счете в СССР марксистская теория погубила социалистическую практику.

Мы легко распрощались с социалистическими завоеваниями, потому что не ценили их. А не ценили, потому что не понимали их суть. А не понимали их суть, потому что летали в облаках марксистских абстракций.


[1] Сен-Симон допускал наличие частной собственности, но старался свести ее негативное влияние к минимуму.

sunset mankind