Sidebar

Демократия никак не влияет на мпэнизацию общества, демократия вообще ни на что никак не влияет, и в этом ее привлекательная для капитала и гибельная для общества суть. В сущности, демократия в сегодняшних условиях — даже не форма политической власти. Это форма прикрытия отсутствия политической власти. Именно поэтому при демократии никогда нельзя найти «крайних».

Коммунисты в СССР были «виноваты» во всем: и в непристойной телепередаче, и в существовании очередей, и в счете хоккейного матча на международном турнире, — а теперь виновных нет. Все знают, кто ответственен за войну в Афганистане, — коммунисты. А кто отвечает за войну в Чечне 1993 года, где за несколько лет мы потеряли в несколько раз больше, чем в Афганистане, и проиграли с позором? Самое большее, что сможет ответить простой человек: «Виноват Ельцин». Кто-то скажет «окружение Ельцина», а большинство вообще не сможет назвать виновника.

Весь секрет отсутствия виновных кроется в «свободных выборах». Так называемые свободные выборы — конечно, полностью манипулируемый процесс, цель которого — дать народу почувствовать свободу. Людей обманывают, а потом говорят: «Ну что поделаешь, вы сами их выбирали». Получается, что вас обворовывают, а вы еще и соучастник этого.

В СССР шахтеры, получавшие по тем временам самую высокую зарплату в стране, бастовали из-за того, что им вовремя в поселок мыла не завезли. В 90-х не только мыла — зарплату не давали по несколько месяцев, но они молчали. А даже если от отчаяния и выходили на рельсы, то только с требованием куска хлеба. Это раньше они требовали отставки коммунистов — теперь отставки демократов никто не требует; не потому, что очень довольны, а потому, что не знают, против кого бастовать. Как сказал Дж. Лоуэлл, «демократия — такая форма правления, при которой каждый человек получает право стать своим собственным угнетателем».

Демократия похожа на игру «в наперстки»: тебя обманут, а потом подкупленные милиционеры еще и объяснят, что сам виноват — не надо было связываться.

Восемнадцать видов сходства между выборами и игрой в наперсток.

  1. Организаторы выглядят как порядочные люди.
  2. Организаторы обещают, что все будет честно.
  3. Организаторы обещают легкий выигрыш.
  4. Правила очень просты.
  5. Участие занимает мало времени.
  6. К участию призывают ненавязчиво.
  7. Участие легко и приятно.
  8. Неучаствующие смотрят на участников как на идиотов.
  9. Участие абсолютно добровольное, но право на участие надо подтвердить.
  10. Оборудование очень простое и обязательно проверяется на пустоту.
  11. Все идет втемную.
  12. В конце объявляется победитель.
  13. Государство стоит в стороне и делает вид, что не имеет ничего общего с организаторами.
  14. Мы не знаем тех, кто реально стоит за организаторами.
  15. Как ни играй - все равно в итоге проигрываешь.
  16. Хватать за руку нечестного организатора опасно для здоровья.
  17. В конце все понимают, что их обманули, но не знают, как.
  18. Проиграв один раз, в следующий раз мы идем играть снова[1].

Хотя мы погорячились: демократия гораздо хуже, чем игра «в наперстки», потому что в этом случае ты действительно можешь не играть, а в демократию не играть нельзя. Пойдешь ты на выборы или нет, все равно рано или поздно они состоятся, и от твоей явки в конечном счете ничего не зависит. Если власти необходимо, в целях облегчения манипуляции избирательным процессом, в зависимости от ситуации нижний предел избирательный явки может быть значительно снижен или отменен вовсе. Наивная иллюзия, в соответствии с которой «если я не занимаюсь политикой, то я свободен от политики», аналогична заблуждению ребенка, думающего, что когда он закрывает глаза и никого не видит, то и его тоже никто не видит. Известен афоризм Ш. Монталамбера: «Вы можете не заниматься политикой, все равно политика занимается вами».

* * *

В свое время А. Линкольн дал определение демократии: «Демократия — правление народа, через народ и для народа». Но не в теории, а на практике демократия вычленила из этого определения «золотую середину», а именно — «через народ». Народом пользуются как марионеткой, чтобы создать иллюзию «правления народа», «для народа». Определение демократии, данное Р. де Фаером, гораздо более точно отражает суть данного феномена, чем определение Линкольна, а звучит оно следующим образом: «Демократия — это термин, с которым обращаются к народу каждый раз, когда в нем нуждаются».


[1] Щербатых Ю.В. Психология выборов. М., 2005. С. 29


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 133 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the sunset of mankind

sunset mankind pdf

Похожая статья

Мы даже не заметим?

Возможно, машины установят контроль над человеком даже незаметно для него, и человек даже не будет подозревать, что он находится во власти машин, подобно герою фильма «Матрица»[1].

Конечно, фильм «Матрица» — фантастика, но то, что фантастическая литература предвосхитила и предсказала очень многие технические достижения, ставшие реальностью спустя несколько десятилетий или столетий, — это факт. Если отвлечься от красочно поставленных сцен драк, погоней и других атрибутов голливудской продукции и подойти к анализу данного произведения с чисто технической позиции, то мы увидим, что в ближайшее время никаких препятствий для осуществления мечты машин нет. Так, известный специалист по компьютерной технике Р. Курцвейль[2] утверждает, что ключевые элементы фантастического фильма вполне реализуемы в ближайшие десятилетия. Речь идет прежде всего о

  • а) создании искусственного разума, не уступающего по своим возможностям человеческому,
  • б) создании виртуальной реальности, чувственно не отличимой от реальности настоящей, физической,
  • в) возможности прямого обмена информацией между человеческим мозгом и компьютером[3].

Таким образом, все компоненты господства виртуальной реальности под контролем машин будут созданы уже в ближайшее время. А утешения Курцвейля в том смысле, что все будет хорошо, успокаивают мало.

«Обычная реакция на эти предположения: как все это мрачно, поскольку я “ставлю человечество на один уровень с машинами”. Однако подобная реакция объясняется тем, что большинство людей имеет предубеждение против машин. Большая часть экспертов на самом деле не представляет, на что в конечном итоге способны машины, поскольку все машины, которые когда-либо“встречались” им, очень ограниченны по сравнению с людьми. Однако это не будет относиться к машинам года 2030-го или 2040-го. Когда машины станут производной человеческого интеллекта, которая к тому же в миллион раз способней человека, мы уже начнем уважать их, и явное различие между человеческим интеллектом и интеллектом машины исчезнет. Мы действительно сольемся с нашей технологией. Мы уже идем по этому пути»[4].


[1] В этом фантастическом боевике люди создали искусственный интеллект, который поработил все человечество. Но он не уничтожил их, т. к. люди незаменимы как генераторы энергии, и цивилизация искусственного интеллекта стала использовать людей вместо батареек. Действительность девяностых годов – не более чем виртуальная подделка. На самом деле время ушло далеко вперед, и люди, которые думают, что живут, любят и работают, в реальности погружены в глубокий летаргический сон и содержатся в специальных контейнерах, служа источниками жизненной энергии. Холоден мир будущего, в котором люди – всего лишь батарейки в компьютерных системах.

[2]  Рей Курцвейль (Ray Kurzweil) – изобретатель и технолог. Курцвейль создал первую читающую машину для слепых, ему также принадлежит авторство многих других технологических новинок. Основал девять суперуспешных технологических компаний, он автор бестселлера «The Age of Spiritual Machines» (Viking, 1999). Курцвейль получил одиннадцать почетных докторских степеней и был удостоен многочисленных наград, среди них – Национальная медаль по технологии 1999 года, которая является высшей национальной наградой в области технологии.

[3] Прими красную таблетку: Наука, философия и религия в «Матрице». /Под ред. Йеффета Г. [Пер. с англ. Давыдова Т.]. М., 2003.

[4] Прими красную таблетку: Наука, философия и религия в «Матрице». /Под ред. Йеффета Г. [Пер. с англ. Давыдова Т.]. М., 2003.

sunset mankind