Sidebar

Обществом всегда руководит господствующий класс. В общем-то это очевидно, никогда более или менее большим коллективом не руководят все, будь это большое предприятие или Государственная Дума.

В этом отношении можно полностью согласиться с элитологами, в частности с одним из родоначальников элитологии — итальянским социологом Г. Моской, который формулировал свое кредо следующим образом:

«Одно становится очевидным даже при самом поверхностном взгляде. Во всех обществах, начиная с едва приближающихся к цивилизации и кончая современными передовыми и мощными обществами, всегда возникают два класса людей — класс, который правит, и класс, которым правят. Первый класс, всегда менее многочисленный, выполняет все политические функции, монополизирует власть, в то время как другой, более многочисленный класс, управляется и контролируется первым, причем таким способом, который обеспечивает функционирование политического организма»[1].

Как мы увидим далее, господствующий класс и элита — далеко не одно и тоже. Вначале определим, что есть «господствующий класс».

Господствующий класс — это слой общества, реально управляющий обществом, вне всяких моральных или иных качественных характеристик. Номинально основными социальными функциями господствующего класса являются: тактическое управление, стратегическое прогнозирование, формирование духовной сферы общества, а основными социальными задачами являются консолидация социума для, охраны общества от внешней агрессии и в целях материального и духовного совершенствования общества.

Итак, обществом руководит господствующий класс. Почему? Основных причины три:

  • Непрофессионализм большинства. Большинство членов общество не обладают досрочными для управления обществом знаниями. Никто же не требует, чтобы каждый умел ремонтировать автомобиль или разбирался в хитросплетениях высшей математики. Это доступно профессионалам. Но ведь и управление таким сложным механизмом, как общество, тоже требует определенных профессиональных навыков. Как невозможно доверить управление самолетом большинству пассажиров, точно так же невозможно доверить большинству общества управление этим обществом.
  • Технологическая сложность. В достаточно большом обществе невозможно организовать процесс управления, в котором будут участвовать все члены общества. Точно так же как невозможно организовать процесс управления самолетом, в котором будут участвовать все пассажиры. Конечно, 150–200 пассажиров могут нажимать на некие кнопки, командир экипажа может даже объявлять, что именно они ведут лайнер. Но в реальности пассажиры не могут осуществлять управление самолетом в смысле целенаправленного процесса. Даже если предоставить невозможное и пойти на громадные затраты по переоборудованию лайнера, на обучение пассажиров и предоставить им некое управление лайнером, то процесс управления настолько усложнится, что лайнер вряд ли вообще поднимется в воздух. В итоге — громадные материальные и временные затраты, а результат значительно ухудшается. Но еще раз повторим: это лишь иллюстрационный гипотетический пример. Сами пассажиры никогда не сядут в самолет, которым управляет 200 человек. Если, конечно, они не сумасшедшие или не камикадзе.
  • Незаинтересованность большинства. Но главная причина невозможности управления обществом всеми его членами — иная, нежели непрофессионализм большинства или технологическая сложность массового управления. Большинству людей вообще не интересен процесс управления обществом. Особенно когда этому процессу не сопутствуют значимые привилегии. Обыватели в большей степени ориентированы на интересы своей семьи, а не общества. Заботиться об обществе — для них не только непосильная, но и абсолютно не интересная задача. Здесь можно привести данные Французского института общественного мнения (ФИОМ), согласно которым с 1950 г. по настоящее время доля тех, кто считает себя «очень» интересующимися политикой, остается постоянной и составляет сегодня активное меньшинство — между 10 и 14 %[2]. Эти цифры значительно уменьшатся, если из данных показателей вычесть тех, кто интересуется политикой по долгу службы, — это журналисты, политтехнологи, эксперты, т. е. те, кто зарабатывает этим себе на жизнь. Истинная цифра интересующихся обществом и его потребностями, вне зависимости от профессиональных обязанностей, а, так сказать, по зову сердца, всегда минимальна.

[1] Цит. По: Ашин Г.К. Основы политической элитологии. М., 1999. С. 26.

[2] Шампань П. Делать мнение: новая политическая игра. М., 1997. С. 38.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 15 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the sunset of mankind

sunset mankind pdf

Похожая статья

Духовное вырождение и другие глобальные проблемы

Соотношение глобальных проблем очень точно описано у цитируемого нами ранее профессора К. Уорвика, предрекающего:

«Год 2050-й: мы, люди, все еще здесь. Нам удалось избежать ядерной катастрофы — ну конечно же, мы ее избежали, ведь на самом деле мы не верили, что у кого-то достанет безрассудства, чтобы нажать на кнопку, — не правда ли? Глобальное потепление оказалось не таким уж глобальным, а озоновая дыр, как висела, так и висит над Землей. Выходит, все наши опасения были необоснованными? Почти все. Кроме одного — мы сами превратили свою жизнь в ад.

В 2050 году планетой управляют машины, или роботы, если вам так больше нравится. Они все разных форм и размеров, в зависимости от назначения. А люди все те же: с глазами, ушами, ногами, руками и мозгом — мозгом, устроенным у всех примерно одинаково. И каково же людям в 2050 году? Они теперь стали просто животными, ничем не лучше и не хуже. Ну, может, чуть поумнее других животных.

В 2050 году людям живется безумно тяжело, и рассказы тех, кто еще помнит времена, когда на Земле главными были люди, уже ничем не могут помочь. Мы знаем, что в этом мире нам отведено определенное время, как и тем, кто жил до нас, и что наше время прошло. Люди превратились в один из видов животных, способности которых довольно ограниченны. Мы все не настолько умны, как нам когда-то казалось, и не слишком сильны физически, но мы еще на что-то способны, и потому пока существуем»[1].

В этой части мы перечислили не все проблемы, претендующие на глобальность, но объединяет их то, что эти угрозы намного менее опасны, чем духовное вырождение. Глобальные экологические проблемы не успеют стать действительно проблемами, потому что XXI век будет веком или возрождения человека, или веком его вырождения. Даже если представить, что глобальные проблемы приведут человечество к катастрофе, все же у человечества есть шанс выживания хоть какой-то его части, обесчеловечивание страшно тем, что в погоне за прибылью капитализм разлагает всех людей без исключения.


[1] Уорвик К Наступление машин. Почему миром будет править новое поколение роботов. М., 1999. С. 7.

sunset mankind