Sidebar

Обществом всегда руководит господствующий класс. В общем-то это очевидно, никогда более или менее большим коллективом не руководят все, будь это большое предприятие или Государственная Дума.

В этом отношении можно полностью согласиться с элитологами, в частности с одним из родоначальников элитологии — итальянским социологом Г. Моской, который формулировал свое кредо следующим образом:

«Одно становится очевидным даже при самом поверхностном взгляде. Во всех обществах, начиная с едва приближающихся к цивилизации и кончая современными передовыми и мощными обществами, всегда возникают два класса людей — класс, который правит, и класс, которым правят. Первый класс, всегда менее многочисленный, выполняет все политические функции, монополизирует власть, в то время как другой, более многочисленный класс, управляется и контролируется первым, причем таким способом, который обеспечивает функционирование политического организма»[1].

Как мы увидим далее, господствующий класс и элита — далеко не одно и тоже. Вначале определим, что есть «господствующий класс».

Господствующий класс — это слой общества, реально управляющий обществом, вне всяких моральных или иных качественных характеристик. Номинально основными социальными функциями господствующего класса являются: тактическое управление, стратегическое прогнозирование, формирование духовной сферы общества, а основными социальными задачами являются консолидация социума для, охраны общества от внешней агрессии и в целях материального и духовного совершенствования общества.

Итак, обществом руководит господствующий класс. Почему? Основных причины три:

  • Непрофессионализм большинства. Большинство членов общество не обладают досрочными для управления обществом знаниями. Никто же не требует, чтобы каждый умел ремонтировать автомобиль или разбирался в хитросплетениях высшей математики. Это доступно профессионалам. Но ведь и управление таким сложным механизмом, как общество, тоже требует определенных профессиональных навыков. Как невозможно доверить управление самолетом большинству пассажиров, точно так же невозможно доверить большинству общества управление этим обществом.
  • Технологическая сложность. В достаточно большом обществе невозможно организовать процесс управления, в котором будут участвовать все члены общества. Точно так же как невозможно организовать процесс управления самолетом, в котором будут участвовать все пассажиры. Конечно, 150–200 пассажиров могут нажимать на некие кнопки, командир экипажа может даже объявлять, что именно они ведут лайнер. Но в реальности пассажиры не могут осуществлять управление самолетом в смысле целенаправленного процесса. Даже если предоставить невозможное и пойти на громадные затраты по переоборудованию лайнера, на обучение пассажиров и предоставить им некое управление лайнером, то процесс управления настолько усложнится, что лайнер вряд ли вообще поднимется в воздух. В итоге — громадные материальные и временные затраты, а результат значительно ухудшается. Но еще раз повторим: это лишь иллюстрационный гипотетический пример. Сами пассажиры никогда не сядут в самолет, которым управляет 200 человек. Если, конечно, они не сумасшедшие или не камикадзе.
  • Незаинтересованность большинства. Но главная причина невозможности управления обществом всеми его членами — иная, нежели непрофессионализм большинства или технологическая сложность массового управления. Большинству людей вообще не интересен процесс управления обществом. Особенно когда этому процессу не сопутствуют значимые привилегии. Обыватели в большей степени ориентированы на интересы своей семьи, а не общества. Заботиться об обществе — для них не только непосильная, но и абсолютно не интересная задача. Здесь можно привести данные Французского института общественного мнения (ФИОМ), согласно которым с 1950 г. по настоящее время доля тех, кто считает себя «очень» интересующимися политикой, остается постоянной и составляет сегодня активное меньшинство — между 10 и 14 %[2]. Эти цифры значительно уменьшатся, если из данных показателей вычесть тех, кто интересуется политикой по долгу службы, — это журналисты, политтехнологи, эксперты, т. е. те, кто зарабатывает этим себе на жизнь. Истинная цифра интересующихся обществом и его потребностями, вне зависимости от профессиональных обязанностей, а, так сказать, по зову сердца, всегда минимальна.

[1] Цит. По: Ашин Г.К. Основы политической элитологии. М., 1999. С. 26.

[2] Шампань П. Делать мнение: новая политическая игра. М., 1997. С. 38.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 19 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the sunset of mankind

sunset mankind pdf

Похожая статья

Господствующий класс. Элита. Элитарно-властный дисбаланс

Распространенной ошибкой является смешение понятий «элита» и «господствующий класс». Еще раз подчеркнем господствующий класс — это слой общества, реально управляющий обществом, вне всяких моральных или иных качественных характеристик. Существует единственное свидетельство принадлежности к господствующему классу – индекс  власти -I (формула 1):

Где: К – количество людей, которые будут исполнять волю данного индивида, а О – количество членов общества.

У вождя племени, напитывающего 70 человек, индекс власти 100% (70/70×100%), а у самого бесправного члена племени индекс власти 0% (0/70×100%). Конечно, пример гипотетический. У вождя нет полной власти над всеми членами племени, да и настолько бесправного, чтобы никто его не слушал, члена племени, как правило, не бывает. Но не в этом суть, а суть в том, что индекс власти может колебаться от 0% до 100%, и чем ближе к 100%, тем с большим основанием можно сказать: этот человек принадлежит к господствующему классу.

«в основе различия между господствующим классом и элитой, прежде всего, лежит то, что классы определяются с точки зрения экономических позиций и власти, а элита – на основе неэкономических предпосылок. В действительности правящая элита иногда представляет собой лишь часть господствующего класса, обладающую политической властью»2.

Теперь о сущности понятия «элита». В обществе существуют определенный слой людей, которые в наибольшей степени подходят для исполнения роли господствующего класса. Функции и задачи, исполняемые господствующим классом, являются самыми важными для нормальной жизнедеятельности общества, поэтому исполнять эти функции и задачи могут самые лучшие члены общества. Этот слой общества получил название «социальная элита», или кратко — «элита».

Элита — слой общества, главной задачей которой является забота о безопасности, материальном и духовном совершенствовании общества. Свою задачу элита достигает посредством тактического управления, стратегического планирования развития общества и формирования этической и эстетической основ культуры общества.

В реальной жизни не всегда люди, в наибольшей степени соответствующие исполнению данных функций, эти функции исполняют. Но если случается так, что в национальной сборной играют не самые лучшие от природы футболисты, то данное обстоятельство для общества не так плачевно, как если в господствующем классе находятся не представители элиты, а случайные люди. В любом достаточно большом обществе существует элитарно-властный дисбаланс.

Элитарно-властный дисбаланс — показатель включенности элиты в господствующий класс. Часть элиты, которая входит в состав господствующего класса, можно назвать господствующей элитой. Часть элиты, которая не входит в господствующий класс, нередко стоит в оппозиции к господствующей элите, можно назвать контрэлитой. Часть господствующего класса, не являющегося элитой, но в то же время находящегося у власти, можно назвать псевдоэлитой.

Основное различие между элитой и псевдоэлитой заключается в следующем. Псевдоэлита управляет обществом, исходя из собственных интересов, а элита — исходя из интересов общества. Можно сказать, что псевдоэлита живет по принципу «общество для меня», а элита — по принципу «я для общества».

Причем сегодня возникли предпосылки для антропологического разрыва между господствующим классом и всем остальным обществом.

Пора понять, что отношения между «ними» и «нами» не объясняются только материальным неравенством, для их объяснения явно недостаточны классические теоретические модели вроде социального отчуждения, классовой вражды и культурного разрыва. Это всё присутствует, но вместе с тем есть нечто гораздо более глубокое и основательное - антропологический разрыв.

Социальные и культурные практики элиты направлены на закрепление отчуждения между ней и обществом именно на антропологическом уровне. Взять, например, интенсивные исследования в области обретения физического бессмертия (или кардинального увеличения продолжительности человеческой жизни), финансируемые двумя видными, знаковыми представителями российской элиты. Цель эта, по оценкам ряда американских исследовательских центров, вполне достижима на современном этапе научно-технического развития. Но каковы будут последствия? Они легко прочитываются: увековечивание социального господства избранных и биологический разрыв между элитой и обществом. В этой перспективе отношения между элитой и «остальными» превратятся в отношения имеющих общий антропоморфный облик, но фактически двух различных видов живых существ наподобие уэллсовских элоев и морлоков[1].


[1] Соловей  В. «Мы» и «Они». // ЛГ. 26.12.2007.

sunset mankind