Sidebar

Многие представители советской творческой интеллигенции наивно полагали, что капитализм открывает свободу творчества. Когда капитализм пришел в Россию, многие были шокированы. Мы уже упоминали о режиссере, который никак не мог понять, зачем бизнесмен вмешивается в съемки фильма. Этот режиссер привык снимать так, как это было в СССР: можно отказаться от денег, хлопнуть дверью, да еще пригрозить пожаловаться «куда следует». Наша интеллигенция твердила, что на Западе — свобода творчества, но все это оказалось иллюзиями.

Известного на весь мир японского режиссера А. Куросаву вряд ли можно заподозрить в лицемерии. Этот режиссер считает, что в СССР режиссер действительно свободен, никто не лезет ему под руку во время съемок, даже когда его фильм просматривает контролирующий орган, можно спорить, доказывать. На Западе все иначе. Продюсер лезет всюду, считает каждый потраченный доллар, каждый метр пленки, никакие споры ни к чему не приводят, слово продюсера — закон[1]. Продюсера мало интересуют все художественные достоинства вместе взятые, главная цель —вернуть вложенные средства и получить прибыль.

* * *

Капиталистическая цивилизация не заинтересована, чтобы человек был развитым существом: для поддержания товарно-денежного оборота выгоднее всего иметь в качестве потребителя серую усредненную массу, готовую купить то, что внушат. Примитивная личность — основа прибыльности и устойчивости капитализма. Чем примитивней человек, тем он выгоднее нынешней системе. В результате идеалом цивилизации оказывается абсолютно расслабленный, во всем зависящий от нее потребитель, существующий лишь для поддержания товарно-денежного оборота.


[1] СССР 100 вопросов и ответов. М., 1984. С. 137.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 22 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the sunset of mankind

sunset mankind pdf

Похожая статья

Кто руководит обществом?

Обществом всегда руководит господствующий класс. В общем-то это очевидно, никогда более или менее большим коллективом не руководят все, будь это большое предприятие или Государственная Дума.

В этом отношении можно полностью согласиться с элитологами, в частности с одним из родоначальников элитологии — итальянским социологом Г. Моской, который формулировал свое кредо следующим образом:

«Одно становится очевидным даже при самом поверхностном взгляде. Во всех обществах, начиная с едва приближающихся к цивилизации и кончая современными передовыми и мощными обществами, всегда возникают два класса людей — класс, который правит, и класс, которым правят. Первый класс, всегда менее многочисленный, выполняет все политические функции, монополизирует власть, в то время как другой, более многочисленный класс, управляется и контролируется первым, причем таким способом, который обеспечивает функционирование политического организма»[1].

Как мы увидим далее, господствующий класс и элита — далеко не одно и тоже. Вначале определим, что есть «господствующий класс».

Господствующий класс — это слой общества, реально управляющий обществом, вне всяких моральных или иных качественных характеристик. Номинально основными социальными функциями господствующего класса являются: тактическое управление, стратегическое прогнозирование, формирование духовной сферы общества, а основными социальными задачами являются консолидация социума для, охраны общества от внешней агрессии и в целях материального и духовного совершенствования общества.

Итак, обществом руководит господствующий класс. Почему? Основных причины три:

  • Непрофессионализм большинства. Большинство членов общество не обладают досрочными для управления обществом знаниями. Никто же не требует, чтобы каждый умел ремонтировать автомобиль или разбирался в хитросплетениях высшей математики. Это доступно профессионалам. Но ведь и управление таким сложным механизмом, как общество, тоже требует определенных профессиональных навыков. Как невозможно доверить управление самолетом большинству пассажиров, точно так же невозможно доверить большинству общества управление этим обществом.
  • Технологическая сложность. В достаточно большом обществе невозможно организовать процесс управления, в котором будут участвовать все члены общества. Точно так же как невозможно организовать процесс управления самолетом, в котором будут участвовать все пассажиры. Конечно, 150–200 пассажиров могут нажимать на некие кнопки, командир экипажа может даже объявлять, что именно они ведут лайнер. Но в реальности пассажиры не могут осуществлять управление самолетом в смысле целенаправленного процесса. Даже если предоставить невозможное и пойти на громадные затраты по переоборудованию лайнера, на обучение пассажиров и предоставить им некое управление лайнером, то процесс управления настолько усложнится, что лайнер вряд ли вообще поднимется в воздух. В итоге — громадные материальные и временные затраты, а результат значительно ухудшается. Но еще раз повторим: это лишь иллюстрационный гипотетический пример. Сами пассажиры никогда не сядут в самолет, которым управляет 200 человек. Если, конечно, они не сумасшедшие или не камикадзе.
  • Незаинтересованность большинства. Но главная причина невозможности управления обществом всеми его членами — иная, нежели непрофессионализм большинства или технологическая сложность массового управления. Большинству людей вообще не интересен процесс управления обществом. Особенно когда этому процессу не сопутствуют значимые привилегии. Обыватели в большей степени ориентированы на интересы своей семьи, а не общества. Заботиться об обществе — для них не только непосильная, но и абсолютно не интересная задача. Здесь можно привести данные Французского института общественного мнения (ФИОМ), согласно которым с 1950 г. по настоящее время доля тех, кто считает себя «очень» интересующимися политикой, остается постоянной и составляет сегодня активное меньшинство — между 10 и 14 %[2]. Эти цифры значительно уменьшатся, если из данных показателей вычесть тех, кто интересуется политикой по долгу службы, — это журналисты, политтехнологи, эксперты, т. е. те, кто зарабатывает этим себе на жизнь. Истинная цифра интересующихся обществом и его потребностями, вне зависимости от профессиональных обязанностей, а, так сказать, по зову сердца, всегда минимальна.

[1] Цит. По: Ашин Г.К. Основы политической элитологии. М., 1999. С. 26.

[2] Шампань П. Делать мнение: новая политическая игра. М., 1997. С. 38.

sunset mankind